Виталий Молчанов | Верные Родине

Молчанов Виталий Митрофанович родился в 1967 году в Баку. Окончил Московскую академию нефти и газа. Служил в армии. Директор областного Дома литераторов им С. Т. Аксакова.

Поэт. Автор семи поэтических сборников. Публиковался в «Литературной газете», «Независимой газете — Ex Libris», еженедельнике «Обзор» («Континент», Чикаго), газетах «Зарубежные задворки» (ФРГ), «Южный Урал», «На Юго-Восточных рубежах (Челябинск), «Литературная гостиная» (Тверь), «Молодой Дальневосточник» (Владивосток); журналах «Дети Ра», «Наш современник», «Зинзивер», «День и ночь», Prosоdia, «Южное сияние», «Огни Кузбасса», «Футурум АРТ», «Живой звук» (Москва), «Русское литературное эхо» (Израиль), «Окна» (ФРГ); альманахах «45-я параллель», «Лёд и пламень», «Паровозъ», «ЛитЭра» (Москва), «Земляки», «День поэзии», «Московский год поэзии», «Чаша круговая» (Екатеринбург), «Башня» и «Гостиный двор» (Оренбург); антологиях «Поэтический Атлас России» и «Антологии русской поэзии XXI века»; сборнике «Обретённый голос».

Лауреат премии губернатора Оренбургской области «Оренбургская лира» (2014), региональных премий имени П. И. Рычкова (2014) и имени С. Т. Аксакова (2014), премии журнала «Дети Ра», Международного литературного конкурса им. А. И. Куприна (2016), Всероссийской премии им. Д. Н. Мамина-Сибиряка (2016), Международной Волошинской премии (2016). Лауреат международного фестиваля литературы и искусства «Славянские традиции — 2010», финалист премии «Золотой Дельвиг» 2015 года, лауреат малой международной литературной премии «Серебряный стрелец», победитель IV международного поэтического конкурса имени С. И. Петрова, дипломант V Международного конкурса памяти Владимира Добина («Русское литературное эхо», Израиль), победитель литконкурса интернет-журнала «Лексикон» (Чикаго) в 2010 году, призёр поэтического фестиваля «Эмигрантская лира», победитель литконкурса фестиваля «Гоголь-фэнтези — 2009» (Украина), обладатель звания «Стильное перо — 2009» по результатам литконкурса фестиваля «Русский стиль — 2009» (ФРГ) и других литературных знаков отличия.

Председатель Оренбургского регионального отделения Союза российских писателей, член Союза писателей XXI века и Координационного совета Ассоциации писателей Урала. Живёт в Оренбурге.

ОСКОЛКИ

Может, плакать не стоит, бедняжка,
Это просто разбитая чашка.
Очень древний и хрупкий фаянс?
Подберём с пола всё до осколка.
Их должно быть 15 – вот столько
Попытаемся склеить сейчас.

Самый крепкий, всех лучше и краше,
С ручкой тонкой, ажурной, блестящей
За основу с тобою возьмём,
Смажем клеем надежд и сомнений.
Не мешали чтоб прошлого тени,
Факел дружбы затеплим огнём.

Мы к большому приладим другие –
Разноцветные, словно живые.
Как неровны, остры их края…
Прижимай-ка покрепче друг к другу
С жарким югом столичную вьюгу,
Пусть страна возродится моя!

Здесь дожди поливают рябины,
Там туманы скрывают руины
Бывших наших окраин родных.
Мельче мелкого каждый осколок.
Почему мне он близок и дорог,
Будто брошенный рай для двоих?

Пальцы режут в зазубринах грани,
Нет, не время для нежных касаний.
Жми сильней, не давая протечь,
Кровью пачкая, бок отщепенца…
… о прибалтах не ёкает сердце,
Из него б Украину извлечь.

Ты не помнишь, конечно, бедняжка,
Наш Союз – это чаша, не чашка,
До краёв наполнялась добром
Славных дел, и была монолитна.
Нам, пожившим в то время, обидно,
Что разбили её под столом.

С той поры, о потере жалея,
Я осколки в единое клею
Без особой надежды, прости,
Раздираемый ядом сомнений.
Только верю – поможет нам гений
Чашку целую вновь обрести.

ЭПОХА

Привычно за ушко заправив истории локон,
Эпоха вздыхает – мурашки озноба по коже:
– Стеклянный наш мир обязательно будет раскокан,
И горю такому никто никогда не поможет.

Арктический лёд проливает слезинки участья,
Экватор сжимает кольцо, как удавку на шее,
А люди друг друга тиранят в погоне за счастьем,
И эти тиранства становятся только страшнее.

Известные истины чёрным на белом выводим,
Возможно и белым на чёрном – крошащимся мелом,
Что Родина стоит любви, ибо тот благороден,
Кто землю родную прикроет израненным телом.

Плюётся война смертной кровью, и хроники кадры
О подвигах ратных с экранов потоками льются…
Ни зла, ни обиды, ни чести, ни капли азарта –
Лишь чай на диване с вареньем вишнёвым на блюдце.

Лишь плач по мобиле, встающих не в позу, а в позку:
«Пусть гибнут другие, чего им терять, неимущим!»
Эпохе несчастной седин добавляя в причёску,
Летит беспилотник – ворона с ракетным подбрюшьем.

Буравя стремительным телом морские пучины,
Всплывают касатками годные к бою подлодки.
А в тёпленьких ваннах скучают большие мужчины,
И плещут пивас бесконечный в горящие глотки…

Но память разбудит геройское прошлое током,
Победное знамя поднимет рабочий парнишка.
Стеклянный наш мир обязательно будет раскокан,
Эпохе к лицу снова станет солдатская стрижка.

НЕБЕСНАЯ ДОРОГА

В гости к Богу не бывает опозданий. В.С. Высоцкий

От станции земной до Божьего порога
Проложена давно небесная дорога,
И катится по ней без адреса приписки
Не скорый, а вполне обычный пассажирский.
Трясутся на ветру, качаются вагоны,
В плацкарте рядом те, с кем раньше не знакомы,
Сидят лицом к лицу, лежат на верхних полках,
Выходят покурить на долгих остановках,
А добрый проводник, под плащ заправив крылья,
Всем зонтики даёт от града или ливня.
То тучи – чередой над маревом перрона,
То жаркие лучи проходят без урона
Сквозь бестелесных душ нагие оболочки,
Зонты им ни к чему – смерть не дала отсрочки.

Штурмуя высоту, на грозовые кряжи
Взбирается состав… В защитном камуфляже,
Прижав плечо к плечу, в купе открытом трое
На нижней, как в строю…Небесные герои
Про свой последний штурм, вновь заживо сгорая,
Бормочут вразнобой, пока ключи от рая
Начальник не возьмёт – Архистратиг великий,
Кивнёт проводнику, пуская нимбом блики:
– Ты чая не носи погибшим под Волчанском,
Плесни-ка лучше всклень архангельской «Кубанской»…
Тот сбросит синий плащ и, расправляя крылья,
Промолвит: «Страшный век», – вздыхая от бессилья:
«Чужую жизнь спасли, свою прожив так мало,
Осанну им споют служители вокзала».

ДУШИ

За небом и заоблачной рекой
В озоновой прозрачной стратосфере
Живут лишь те, чей вековой покой
Дарован щедрым Господом по вере.
Легко их тело, неусыпен зрак,
Беззвучен шаг – они давно не с нами
В саду, где иллюзорен каждый злак
И эфемерны дерева с плодами.
Ласкают уши трели ярких птиц
И щёпот волн, и мерный гул молитвы…
Под шорохи евангельских страниц
Слетаются к ним души после битвы.
Измученные болью от свинца,
Оглохшие, поникшие от взрывов.
Отбросив плоть, взлетают без конца,
Чтоб к деревам прижаться сиротливо,
Чтоб обрести заслуженный покой
В озоновой прозрачной стратосфере,
И крестит их Господь своей рукой,
Благословляя каждого по вере.
Вплетаются в молитву голоса
За отчий край погибших в поле ратном.
Не гул, не шёпот – в небесах гроза,
И дождь, как плач людской о невозвратном.
Безвластно время, не итожит час –
И днём, и ночью, при рассвете тусклом
Звучат псалмы, спасая грешных нас,
Из уст ушедших на любимом русском.

Удачи во всём и всегда! И нашей скорейшей победы!